ПОЧЕМУ НАДО ПРОЧЕСТЬ «МАЛЕНЬКИЕ ТРАГЕДИИ», ИЛИ ПУШКИН, КОТОРЫЙ ТЕБЯ УДИВИТ

Пушкин был не только гениальным поэтом, но и человеком с ярким, эксцентричным характером. Я подобрал для тебя, дорогой читатель, несколько неожиданных фактов об Александре Сергеевиче Пушкине – от забавных историй из жизни до любопытных деталей его творчества.

И так…

Как-то в жаркую летнюю пору А.С. Пушкин появился в светском обществе в кисейных, прозрачных панталонах без исподнего белья. Кисея на свету и при движении становилась почти прозрачной, что привело гостей в сильное смущение. Хозяйке дома пришлось попросить его удалиться. Этот эпизод действительно известен из мемуарной литературы о А.С. Пушкине, но с точной локализацией и датой есть нюансы.

Чаще всего этот случай относят к Петербургу, к салону графини Елизаветы Михайловны Хитрово (урождённой Кутузовой), дочери фельдмаршала М.И. Кутузова. Хитрово была близкой знакомой Пушкина, и её дом (на Большой Миллионной, затем на Моховой) был одним из центров светской жизни. Историографы относят сей факт к концу 1820-х – началу 1830–х годов, то есть после возвращения А.С. Пушкина из ссылки. В этом случае сошлемся на последствия ссыльной поры и будем соблюдать осторожность: это анекдот в мемуарном смысле, то есть устный рассказ, передававшийся современниками, а не документально зафиксированный факт. Пушкинисты относятся к таким историям по-разному: одни считают их отражением реального эпатажного поведения Пушкина (он действительно любил эпатировать, мог позволить себе эксцентричность в одежде и манерах), другие – преувеличением или легендой.

А этот случай, можно так сказать, зафиксирован при большом стечении зрителей. После тяжёлой болезни в 1818 году Пушкину обрили голову, и он носил парик. Как-то в Большом театре, жалуясь на жару, он снял его и начал обмахиваться, как веером, чем очень насмешил окружающих.

Или вот ещё. Во время ссылки в Кишинёве (1920-1823 гг.) поэт выделялся эксцентричными привычками: носил ногти длиннее, чем было принято, а просыпаясь, мог сидеть голым в постели и стрелять из пистолета в стену.

Перейдём к неожиданным деталям творчества Александра Сергеевича Пушкина.

Александр Сергеевич проявил себя не только как лирик, но и как новатор в других жанрах.

«Руслан и Людмила» (1818-1820 гг.) – фэнтези. Это первая законченная поэма Пушкина, полная волшебства: украденная невеста, бородатые чародеи, говорящие головы. Можно сказать, что он заложил основы русского фэнтези. 

«Пиковая дама» (1833 г.) – почти хоррор. Повесть о страсти к картам и проклятии старой графини многие воспринимают как мистическую историю. Сам Пушкин, который был страстным игроком, знал об этом не понаслышке.

«Капитанская дочка» (1836 г.) – любимый роман. Сам поэт неоднократно заявлял, что «Капитанская дочка» – его любимое произведение. Он даже советовал молодым писателям брать её за образец.

Что ещё может удивить?..

Только «Маленькие трагедии» (1830 г.)!

Пусть читатель меня простит за кажущееся занудство, но разговор о пушкинских «Маленьких трагедиях» считаю целесообразным начать с политической экономии К. Маркса.

Удивлены?

Да, всё просто!

Фраза «бытие определяет сознание» – один из ключевых тезисов Карла Маркса, сформулированный им в предисловии к работе «К критике политической экономии» (1859 г.). Полностью она звучит так: «Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание».

Суть тезиса в том, что именно материальные условия существования общества, а не абстрактные идеи или сознание отдельных личностей, задают первичные, объективные рамки для формирования мыслей, ценностей, убеждений людей. Сознание не творит бытие из ничего, а возникает на определённой материальной основе и в своём формировании в огромной степени ею обусловлено. 

Рассмотрим, как тезис «бытие определяет сознание» проявляется в каждой из четырех пьес. Я покажу, что А.С. Пушкин не просто иллюстрирует этот тезис, но и усложняет его, исследуя, как социально-историческое бытие формирует страсти и сознание, и одновременно оставляет место для личной ответственности и трагического выбора.

Тезис «бытие определяет сознание» в «Маленьких трагедиях» проявляется не как прямолинейная иллюстрация, а как художественный эксперимент. А.С. Пушкин проверяет, насколько «вечные» страсти – скупость, зависть, любовь, страх смерти – обусловлены исторической средой и социальным положением героя.

Литературовед Г.А. Гуковский отмечал, что суть цикла не в простом изображении страстей, а в их объяснении: А.С. Пушкин «локализирует» их исторически и показывает, что «формы душевного воплощения даже самых интимных, индивидуальных, “внеобщественных” страстей все же историчны, то есть производны от среды».

Вот как это работает в каждой из пьес.

«Скупой рыцарь»: власть денег как новая форма бытия

Здесь «бытие» – это не просто эпоха, а конкретная, материальная сила, перестраивающая сознание человека. Барон – не просто патологический скупец, а «социально-исторический тип» эпохи разложения феодализма, когда на смену рыцарской чести приходит власть золота.

А.С. Пушкин показывает, как обладание деньгами меняет самоощущение личности:

«Самый факт обладания золотом в сознании старого Барона превращается в идею индивидуальной силы и мощи самого обладателя золота. Свойства золота переносятся на личность его обладателя и воспринимаются последним как его личные, индивидуальные свойства»[1].

Сознание Барона целиком определено его «бытием» владельца сокровищницы: он мыслит себя королём, его воля и мощь – это на самом деле мощь денег. Исследователи прямо сопоставляют этот монолог с марксовым анализом «фальсифицирующей силы денег».

«Каменный гость»: ренессансная среда и «лёгкое» сознание

Дон Гуан не просто сластолюбец – его сознание сформировано культурной средой Ренессанса с её культом земной красоты, свободы личной морали и «жадной воли к личному успеху». Он «живёт легко и буйно, мгновением, не думая о будущем», и это не столько его личный выбор, сколько исторически обусловленный тип мироощущения, отличающий Возрождение от Средневековья. Его «бытие» – это атмосфера эпохи, которая делает возможным определённый способ любить и умирать.

«Моцарт и Сальери»: сословно-профессиональное бытие и зависть

Сознание Сальери определено его положением ремесленника-профессионала в сословном обществе. Он «поверил алгеброй гармонию», его гений – это результат «труда, усилий, трудов». Зависть Сальери – не абстрактная страсть, а реакция сознания, сформированного цеховой, профессиональной средой, на «божественный дар» Моцарта, который этой средой не заработан. Это конфликт двух типов бытия: рационально-ремесленного и свободно-творческого.

«Пир во время чумы»: пир как реакция на распад бытия

Здесь социальное бытие буквально разрушено чумой. Пир – это не просто беспечность, а отчаянная попытка создать новую, пограничную форму бытия перед лицом смерти. Пирующие «совершают общественно значимый ритуал», но их стол посреди улицы – «апофеоз бездомности и разрушения устойчивых социальных форм». Их сознание – это сознание людей, чей привычный мир уничтожен, и они пытаются определить себя заново через вызов судьбе.

Важный нюанс: А.С. Пушкин усложняет тезис

Было бы неверно сводить цикл «Маленькие трагедии» к жёсткому детерминизму. Ю.М. Лотман, полемизируя с концепцией «жёсткой взаимосвязи между страстями и общественной средой», подчёркивал, что человек у Пушкина не обречён полностью раствориться в среде. Он может либо «застыть в своём веке, полностью раствориться в среде, утратив и свободу суждений и действий», либо «встать выше „железного века“»[2]. Трагедия героев в том, что они выбирают остаться в рамках своего «бытия», абсолютизируют его законы (власть денег, культ наслаждения, логику ремесла, вызов смерти) — и это становится их личной катастрофой.

Таким образом, в «Маленьких трагедиях» «бытие определяет сознание» проявляется как диагноз: Пушкин показывает социально-историческую природу человеческих страстей. Но одновременно он ставит и вопрос о свободе: способен ли человек выйти за пределы сформировавшего его «бытия», или трагедия в том и состоит, что он этого не хочет или не может.

Крылов Андрей Юрьевич,

специалист по связям с общественностью, журналист, Бюджетное профессиональное образовательное учреждение Омской области «Омский колледж профессиональных технологий»

(г. Омск, Российская Федерация)

[1] См. об этом подробнее: Городецкий Б.П. Проблемы драматургии Пушкина. – М.-Л.: Академия наук СССР, 1950. – С. 126-158.

[2] Лотман Ю.М. Пушкин. Очерк творчества. – URL: http://sobolev.franklang.ru/index.php/pushkin-i-ego-vremya/135-lotman-yu-m-pushkin-ocherk-tvorchestva (дата обращения: 22.10.2026).