Знаете, есть такое школьное выражение: «памятник литературы». Сразу представляешь что-то бронзовое, холодное, покрытое паутиной и пылью. Именно таким для меня был Пушкин все эти годы. «Няня», «мороз и солнце», «мы все учились понемногу» — скучная обязаловка, которую надо пройти, чтобы получить оценку. Или этот знакомый портрет, где он задумчив, с бакенбардами, как будто сейчас начнёт читать нудную речь о долге и чести. Всё кажется таким классическим, настольным примером, почти монументом.      Лично я раньше так к нему и относился. В детстве «Руслан и Людмила» казались забавными из-за кота учёного, но в шестнадцать, когда голова забита экзаменами, первой любовью, которая разваливается, и вопросами «Что делать дальше?», Пушкин казался совсем неуместным. В такие моменты хотелось разобраться в себе самом, а не в классике.

            А потом, знаете, бывает такое состояние, когда всё достало. Когда кажется, что ты один во всем мире со своей головной болью, и никто тебя не понимает. И ты сидишь в своей комнате, за окном серость, в телефоне всё надоело, и от нечего делать тянешься к старой книжной полке. Берёшь потрёпанный томик с надписью «Маленькие трагедии». Думаешь: «Ну, Пушкин, давай, удиви меня, раз уж интернета нет».

             Я решил прочитать пару страниц, думая, что быстро засну от скуки. Но не получилось заснуть. Начав с «Моцарта и Сальери», я просто застрял. Было ощущение, что кто-то чужой спокойно забрался в душу и стал там всё перевертывать. Сальери стал для меня символом тех моментов, когда бесишься, что у друга всё даётся легко, а ты пашешь без передышки. Я вспомнил, как в прошлом году стараюсь с ночи делать проект по физике, а одноклассник за полдня сделал презентацию, которую хвалит учительница. Чувства зависти и злости нарастали, и тут Пушкин будто ответил прямо в душу: «Я избран, чтоб его остановить». Это было как прозрение — откуда он знал мои мысли?

            Затем была «Скупой рыцарь» и образ барона, который прячет золото в подвале. Сначала казалось просто глупым стариком, но потом я вспомнил себя, экономящего деньги на велосипед. Считать купюры каждый вечер, чувствовать их как часть себя и больно расставаться с ними — всё это было настолько близко.

            Пушкин как будто показал меня со стороны, и стало неудобно оттого, что я так цепляюсь за свои желания. «Каменный гость» стал особенно сильным. Дон Жуан зовёт статую командора, а та холодна и неподвижна. Эта сцена точно выражает, как иногда мы влюбляемся в тех, кто просто раздавит нас. Когда тянешься к человеку, который этого не замечает или даже причиняет боль, но всё равно не можешь остановиться. Я помню, как и сам звал, и был раздавлен, как эта каменная рука — больно, холодно, но виноват в этом сам. Самое удивительное в этом том вопреки стереотипам — Пушкин писал это, будучи молодым, почти таким же, как я сейчас. Он был горячим, исполненным страсти и переживаний, проходил через те же трудности и чувства. Он не был далёким классиком с монументом за плечами, а живым человеком, который решил раскрыть свои эмоции, чтобы теперь мы могли их прочувствовать. Так я понял главное: читать Пушкина стоит не из-за обязательной программы или важности для русского языка, а потому, что он построил мост между тем, что внутри нас, и словами. Когда внутри бушуют чувства, а ты не можешь их выразить, он даёт тебе подходящие слова, простые и точные. Пушкин не учит, как жить, не даёт рецептов, он лишь показывает, что все мы не одни в своих переживаниях.

            Это было задолго до психологов и крутых цитат из социальных сетей. Он сделал это на языке, который мы до сих пор ощущаем в мыслях. Мои друзья и я иногда даже говорим  его рифмами на автомате, не замечая. Вот как желание к делу, которое то нарастает, то угасает — это ведь под его словами. Поэтому я не стану утверждать, что Пушкин теперь моя настольная книга и я грежу его цитатами. Но «Маленькие трагедии» — это не школьная скука, а про нас. Про злость, зависть, безумную любовь и жадность. В каждом из нас живут и Сальери, и барон, и Дон Жуан. И когда это осознаёшь, жить становится чуть проще. И теперь я смотрю на его портрет иначе — не как на памятник, а как на человека, который понимает меня и не осуждает. Он просто написал это, словно протянул руку.

            Почитайте — честно, он того стоит. Он действительно живой.

Новиков Артём Александрович,

ученик 9 класса Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение "Мариинская гимназия"

(г. Ульяновск, Российская Федерация)