Завещание поэта: размышление над страницами «Маленьких трагедий»
В истории русской литературы есть даты, которые воспринимаются не просто как страницы календаря, а как моменты чуда. Осень 1830 года в Болдине стала таким чудом. Отрезанный холерными карантинами от Москвы, Александр Сергеевич Пушкин написал за три месяца то, что обессмертило его имя на века. Среди «Повестей Белкина» и законченного «Евгения Онегина» родился цикл из четырех пьес, который сам поэт обозначил скромно – «Маленькие трагедии». Но за этой скромностью названия скрывается бездна. Четыре пьесы: «Скупой рыцарь», «Моцарт и Сальери», «Каменный гость» и «Пир во время чумы» – это не просто драматические сцены. Это четыре вскрытия человеческой души, четыре рентгеновских снимка страстей, которые продолжают управлять нами в XXI веке.
В преддверии 190-летия со дня кончины поэта мы часто задаемся вопросом: как сохранить память о Пушкине живой? Ответ прост и сложен одновременно: надо перечитывать его так, словно он пишет о нас сегодня. «Маленькие трагедии» дают для этого самый благодатный материал, потому что они говорят не о приметах ушедшей эпохи, а о вечных законах бытия.