О чем молчат камни: почему нужно прочитать «Маленькие трагедии» Пушкина
Я не люблю слово «должен». Оно пахнет офисными директивами и школьными двойками, от которых до сих пор сосет под ложечкой. Но есть вещи, которые проходишь не потому, что «надо», а потому, что иначе потом не выговоришь собственную боль. «Маленькие трагедии» Пушкина — из таких. Четыре коротких камня, четыре выдоха, четыре двери в комнаты, куда мы не хотим заходить, но где хранится настоящая мы.
Их называют «маленькими» за объем. Каждая — чуть больше сорока страниц. Каждая — как горный ручей: быстро, звонко, до костей. Но горе в них — огромное. Пушкин написал их в Болдине, в тридцать первом году, когда холера держала Россию в осадном положении. Там, в карантинной тишине, где смерть ходит по соседним деревням, а время тянется, как смола, он вдруг понял то, что мы с вами прозреваем только на вершинах вроде Манараги: человек остается со своей сутью, когда больше не на что опереться.